Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

promo tamiranov август 20, 2016 20:17 1
Buy for 10 tokens
В этом году я стал большим поклонником Ёлки)) , живущей у Yoll , пост о ней, я решил разместить у себя:) 3 августа 2016 года в Москве проходила встреча людей, занимающихся дрессировкой, обучением, лечением и реабилитацией птиц на волонтёрской основе. Приехали волонтёры из разных городов…
Жизнь

Английский пузырь 1720 года

«Я могу рассчитать движение небесных тел, но не безумие толпы» - или как сэр Исаак Ньютон на акциях погорел.

«Инвесторы в ужасе: лопнувший пузырь на рынке акций привёл к колоссальным убыткам! Множество людей потеряли все свои сбережения, и в стране началась волна самоубийств…» - типичный такой заголовок газетной статьи, не правда ли? Все мы пережили 2008 год, некоторые помнят крах доткомов начала двухтысячных, Энрон и многие другие замечательные истории. Мы представляем трейдеров, рвущих на себе волосы, в момент обанкротившихся биржевых магнатов, новости, обрамлённые цифрами «красной зоны». Всё это так привычно.
[Spoiler (click to open)] Вот только события, о которых пойдёт речь, случились в начале восемнадцатого (!) века. Как это было?
Начнём немного издалека. В 1710 году в Англии в очередной раз сменилась правящая партия, и на должность канцлера казначейства (фактически – экономического министра) был назначен Роберт Харли. Собственно говоря, выборы были выиграны не без помощи «предательства» Харли, переметнувшегося в стан политических противников, но об этом в другой раз.

К тому моменту в английской казне зияла огромная дыра – недавняя война с Францией дорого стоила короне, а ближайшей задачей самого Харли было нахождение нескольких сотен тысяч фунтов на содержание континентальной армии сэра Джона Черчилля при условии того, что бюджет страны и так рисковал стать дефицитным, а армия Черчилля стоила короне под пол процента бюджета страны (около сорока миллионов долларов на современные деньги). Война за Испанское наследство продолжалась, и сами британцы были не то чтобы в восторге от происходящего, впрочем, Харли решил проблему блестяще – он отправил аудиторов для расследования расходов предыдущего правительства своих политических конкурентов. В итоге, будущий премьер-министр Роберт Уолпол отправился в Тауэр на пять месяцев, а помещению туда Джона Черчилля помешал факт нахождения того на континенте в качестве командующего британскими войсками.

Судебный процесс и поиск виновных не решил проблему – стране нужны был стабильные доходы. Отношения Харли с Банком Англии были весьма натянутыми, и на классическую реструктуризацию долгов государства тогдашнему правительству рассчитывать не приходилось, так что министр финансов придумал гениальную (как ему казалось) схему: была создана государственная структура с длиннющим названием «Компания купцов Великобритании по торговле с Южными морями и другими частями Америки и для рыбной ловли». В историю она вошла под сокращенным названием – «Компания Южных морей». Практически сразу произошел выпуск ценных бумаг на сумму порядка 10 миллионов тогдашних фунтов стерлингов (при годовом бюджете Англии приблизительно в 65 миллионов (!). Считается, что на своём пике она входила в тройку компаний по капитализации за всю историю человечества. Фактически, часть государственного долга была конвертирована в акции компании, которые его держатели и получали, а казначейство Харли обязалось покрывать операционные расходы предприятия. «Компания Южных морей» стала крупнейшим кредитором Британии первой половины 18 века. Что самое смешное, упомянутый выше Роберт Уолпол ещё в 1712 году в изданной им брошюре достаточно подробно описал основные риски этого мероприятия. При безусловной политической ангажированности, он был совершенно прав, но, разумеется, его никто не послушал.

В общем, британское правительство через создание «Компании Южных морей» реструктурировало собственный госдолг через конвертацию в её акции. Для 18 века – решение весьма изящное. Более того, новое британское правительство фактически создало функционального конкурента Банку Англии, который контролировали его политические противники. Победа? Несомненно!
Оставался один вопрос – кого поставить во главе компании? Без сомнения, нужен был свой человек – им стал сын сапожника и известный авантюрист Джон Блант. В 1711 году он блестяще справился с проведением государственной лотереи, через проведение которой финансировалась континентальная армия.

Собственно говоря, а чего вообще британцы хотели добиться? Идея был красивая – создавался своего рода «клон» Ост-индской компании, которая в британском обществе пользовалась искренним и заслуженным уважением. Долг такой компании будет значительно более ликвиден, чем государственный, и будет куда более привлекателен для инвесторов. А государство рефинансируется – просто, красиво, изящно. Корона выигрывает, получая деньги. Держатели долга выигрывают, получая более ликвидный и доходный инструмент – к слову, с дивидендной доходностью там всё было очень хорошо. Все довольны и счастливы! Один вопрос – а кто за это платит? Что, вы уже чувствуете подвох?

По-хорошему, долги компании должны быть чем-то обеспечены. В идеале – стабильным денежным потоком. Для того, чтобы такой поток появился, британская корона даровала «Компании Южных морей» право торговать с Латинской Америкой, причем – исключительное. Счастье, восторг, и тотальное обогащение уже кажутся неизбежными! Правда, внимательные (или просто хорошо знающие историю) читатели могут спросить – а это ничего, что Англия в тот момент немного воевала с Испанией, которой принадлежала большая часть колоний этих самых южных морей? Но такие мелочи мало волновали простых обывателей - ведь им обещали хорошую прибыль!

1713 год. Война Англии с Испанией подошла к концу, и компания получила наконец возможность торговать с бывшими противниками – правда на крайне, чудовищно невыгодных условиях. Фактически, основная часть дохода от торговли уходила Испании в виде таможенных выплат.

1714 год. Становится понятно, что схема Бланта стала одним большим финансовым пузырём – в моменте она закрыла «дыру» в бюджете, но в дальнейшем за неё надо было как-то платить. Для того, чтобы дело выгорело, в Великобританию должен был хлынуть поток серебра, золота и сахара из испанских колоний. То есть должно было случиться чудо. Блант и Харли прекрасно осознают, что дело не выгорит.

Умершую королеву Анну Стюарт сменяет Георг I из новой Ганноверской династии. Король-немец не любил Англию, он вообще не особенно хотел становиться королём и не вникал в государственные дела – до конца жизни Германия будет ему куда ближе и роднее. Блант и Харли легко уговорили его поддержать своё детище. В обмен на списание долгов его предшественницы Анны, сын Георга I (и будущий король) вошел в правление компании, а сам Георг стал его акционером. Когда Блант попросил разрешить ему допэмиссию бумаг компании, ему просто не смогли отказать! Пузырь продолжал надуваться, а доверие к нему простых британцев только росло – теперь риск дефолта компании приравнивался в их глазах к дефолту самой британской монархии!

К 1717 году стоимость бумаг компании выросла на 30-40%. Проблема заключалась в том, что сама компания фактически генерировала отрицательный денежный поток, а дивиденды-то могли выплачиваться только из двух источников – из средств самой компании или из средств государства. В приличных местах такое принято называть пирамидой, да и надо ли говорить, что государство платить не планировало – у него своих проблем хватало? Его долг к началу 1718 года и так вырос до безумных по меркам того времени 50 миллионов фунтов – это чуть меньше годового бюджета страны. Фактически, на обслуживание собственного долга Британия тратила деньги, сопоставимые с расходами на собственную армию. Если бы авантюра Харли и Бланта взлетела, это в теории могло бы спасти положение. Но у неё изначально не было ни единого шанса на такой исход.

Корона вновь задумалась о реструктуризации долгов. Влияние Харли и Бланта было столь велико, что «Компания Южных морей» составила серьёзную конкуренцию Банку Англии в качестве оператора этой самой реструктуризации. При этом Блант придумал гениальную (и, безусловно, мошенническую) схему – обменивать государственный долг на акции компании по рыночной (!) цене. Разумеется, долги государства на грани дефолта стоили немного, а акции такой замечательной (как все думали) компании стоили гораздо дороже! Оппозицию в лице Банка Англии победили очень просто – взятками членам британского Парламента.

Ну вы понимаете, что чем выше была стоимость акций, тем больше зарабатывал Блант. Компания пустилась во все тяжкие – выдавая кредиты на покупку собственных (!) акций и даже покупая их самостоятельно через подставные компании (!!). Был вброшен слух, что Испания разрешила торговлю в своих колониях на очень выгодных условиях - и стоимость бумаг "Компании Южных морей" взлетела ещё выше.

Наконец, наступил 1720 год. Тогда случился чудовищный спекулятивный бум, на волне которого стоимость акций выросла со 125 фунтов (в начале года) до 1000 фунтов в конце лета. Британцев охватила настоящая лихорадка, акционерами компании стали 75% британцев, у которых хватало денег на инвестирование, в том числе огромное количество членов Парламента, а в какой-то момент и множество инвесторов с континента. Рыночная капитализации компании в десятки, если не сотни раз превзошла её фактическую стоимость – в 1720 году она всё ещё была на грани убыточности.

История учит нас, что цены не могу расти вечно. Но это мы сейчас знаем – а тогда каждый месяц стоимость компании пробивала новый потолок. Владельцы акций богатели, а окружающие люди им завидовали и покупали акции по совершенно сумасшедшим ценам. Появились десятки новых компаний, которые предлагали «выгодное дело», и утягивали новых акционеров к себе. Большинство из них были «мыльными пузырями» – так, одна из компаний всерьёз предлагала инвестировать в «извлечение серебра из свинца», а другая предлагала снарядить собственную ЧВК для войны с пиратами. Только четыре из них оказались успешными, две из которых по иронии судьбы были страховыми компаниями. Фактически, «Компания Южных морей» запустила в Англии 18-го века своего рода бум «стартапов» – куда раньше, чем мы привыкли думать.

Самое смешное во всей этой истории – это то, насколько вся она напоминает бум «спекулятивных» ICO конца прошлого десятилетия, прошедших под девизом «кто вовремя выйдет».

В конце концов, для борьбы с ними Блант продавил в Парламенте запрет на публичное размещение без санкции короля. Правда, и без него многие парламентарии начинали осознавать грядущую катастрофу «перегретого» рынка. Эффект оказался немного непредсказуемым – после этого запрета на торговлю, цена акций упала вместе с их ликвидностью, а значит пузырь перестал надуваться. Люди несли убытки, и для того, чтобы их компенсировать, продавали акции «Компании Южных морей». Величайший финансовый Уроборос восемнадцатого века довольно улыбнулся, и крыса радостно принялась грызть собственный хвост.

Формальной причиной смерти «Компании Южных морей» был недостаток ликвидности – они не смогли расплатиться по обязательствам и привлечь новых акционеров. Фактической причиной была низкая доходность бизнеса – компания была грандиозным финансовым предприятием, но бизнес-модель оставляла желать лучшего. Компании так и не удалось найти «свою» нишу, подобную голландской Ост-Индской компании.

«Я спросил в Лондоне, какая там религия? Компания Южных морей – ответили мне. - А чем торгуют? – Компанией Южных морей. – А в чем состоит бизнес? – В Компании Южных Морей» - писал Джонатан Свифт. И был совершенно прав.

В итоге правление Компании начало продавать свои портфели акций. Вслед за ними на волне паники это сделали и другие акционеры. Крах был неизбежен – стоимость акций компании упала с тысячи до чуть более чем сотни фунтов. Тысячи инвесторов потеряли деньги, многие из них покончили жизнь самоубийством.

25 сентября 1720 года компания объявила себя банкротом. «Подписчики толпятся там целый день, ругаться и толкаться им не лень, виной тому желание наживы, но видит Бог, им будет не до жиру» - писал всё тот же Джонатан Свифт, сам бывший акционером компании.
21 декабря Роберт Уолполл, о котором мы говорили в начале статьи, объявил о санации компании Банком Англии и Ост-Индской компанией. Топ-менеджменту компании запретили покидать Англию и продавать собственное имущество. Образование новых подобных предприятий было запрещено, а Роберт Харли усилиями Уолполла отправился в Тауэр на пять месяцев – ровно на тот же срок, который Харли обеспечил ему десятилетие назад.

А что же Исаак Ньютон? Справедливости ради надо сказать, что до истории с Компанией Южных морей Исаак Ньютон был весьма рациональным и грамотным инвестором – он диверсифицировал свой портфель, был достаточно консервативен и грамотен. Немного обидно, что финансовые дела этого великого физика ассоциируются только с его провалом, связанным с Компанией Южных морей. Он был действительно одним из первопроходцев в этой сфере в Англии, и много сделал для её финансовой системы.

Акции Компании он купил практически сразу после её основания – за 8 лет до её краха! В начале всей этой истории он купил небольшой пакет бумаг компании, и в 1720 году у него было порядка 10 000 акций, которые он продал по 350 фунтов, заработав огромные деньги. Вот только через пару месяцев их цена выросла до 800 фунтов, Бумаги продолжали расти, и сэра Исасака Ньютона обуяла жадность. Он снова зашел в компанию – только теперь практически на пике, покупая акции вдвое дороже, чем продавал буквально 2 месяца назад! Ньютон верил, что они будут стоить куда больше тысячи фунтов! Эффект был немного предсказуем – его итоговые потери составили порядка 4 миллионов долларов в современных деньгах.

Величайший физик 18 века и рациональный инвестор, он пытался заработать на бурно растущем рынке так же, как и инвестор в high-tech в начале 2000 года, или торговец биткойнами в 2017-м. Человеческая природа не меняется, и история Ньютона – ещё одно тому доказательство.

Вместо заключения. Идея, лежавшая за созданием компании, провалилась – государственный долг не только не уменьшился, но ещё и значительно вырос, подорвав доверие тысяч частных инвесторов, многие из которых обанкротились и покончили жизнь самоубийством. Несколько банков потерпели крах, в частности Sword Blade Bank, кредитовавший покупателей акций Компании. Из всего британского кабинета министров только Роберт Уолполл не пострадал материально.
В 1720 году слово «пузырь» относилось не к перегретому рынку или завышенным ценам, а к махинациям с доверием акционеров. Справедливости ради, за прошедшие 3 столетия финансовая практика не сильно улучшилась, а пузыри активно распространяются и в Кремниевой долине, и в тёмном мире криптовалют. Появляются компании - прослойки, существующие только ради проведения аналога IPO (так называемые SPAC). Управляющие используют средства компаний для повышения стоимости акций и собственного обогащения. Интеллектуальные наследники Тома Гая (книготорговца, «шортившего» компанию и хорошо на этом заработавшего) продолжат избегать пузырей – или терять деньги. Но когда рынки рухнут, крики негодования со стороны проигравших будут такими же громкими, как во времена Свифта и Ньютона.

В XXI веке государственный долг Англии всё ещё включает те деньги, которыми управляла Компания Южных морей.



Несколько замечаний. .

ICO - форма привлечения инвестиций в виде продажи клиентам собственной криптовалюты. В отличие от IPO (продажи акций) - способ более рискованный и менее контролируемый государством.

SPAC - компания-пустышка или компания-прослойка, используемая для привлечения инвестиций в интересах третьей стороны.



Сборище негодующих инвесторов, картина Эдварда Мэтью Уорда




Знаменитый "пузырь" в графической интерпретации.


Жизнь

Сегодняшний случай

Сегодня постучал в... (колокол)) коллега:

Скажи, что думаешь о парне
19.08.1992?
Конкретно светит ему зона, или пронесет
С ним девушка, можно сказать, жена
Ей 20 .


С первого взгляда и не поймешь, потом глаз фокусируется на судьбе, выискиваешь событие, год, время. Но не это главное и не то что у парня в следующем году суд и пойдет он по этапу. Все это подтверждает одную теорию: всё предопределено и ничего не изменить.
Лицо

POLAND STRONG: как Польша победила Третий Рейх

Наши авторы боевой фантастики, переходящей в альтернативную историю, постоянно мечтают переписать 22 июня 1941 года. Современность-то уныла. Вот если б им дали тогда порулить, то нацистскую Германию разгромили бы за неделю. Максимум за две. И вот ужо! Наши там! Наши везде! Наши всех! Галактическая империя!

Будете смеяться, но многие поляки мечтают именно о том же: как бы так сделать Польшу great again. А то пришли русские (при царе) — оккупировали. Пришли немцы — оккупировали. Снова пришли русские (при Сталине)… В общем, вы поняли. Современность и тут уныла.

Причём уныла настолько, что герои польской фантастики тоже постоянно жалуются на уродливые здания и дорогущую плитку в столице. Рискнув — сейчас или в будущем — «вернуть захваченные земли матери-Родине» (Роберт Шмидт, «Огни в руинах»), можно накликать русских боевых динозавров.

А вот прошлое подправить… Это запросто! И никто не побьёт.

В Польше даже выпускается специальная книжная серия в жанре альтернативной истории — Zwrotnicy Czasu («Поворотные стрелки времени»); а некоторые поляки называют идею «победного сентября» национальной манией.

Юлиуш Махульский, создатель легендарных комедий «Ва-банк» и «Новые амазонки» (aka «Секс-миссия»), тоже не упустил шанса воплотить некоторые польские мечты на экране. В фильме «ПосольССтво» (Ambassada, 2013) современная независимая варшавянка (девушка, а не песня и не подлодка) случайно попадает в немецкое посольство в Варшаве. Посольство конца августа 1939 года — то есть за считаные часы до Главной Даты польской истории.

А именно — первое сентября 1939 года: «снова в Польшу», затем освободительный поход Красной армии, оккупация вермахтом и прочее нехорошее (для поляков). Махульский не был бы собой, если б не обстебал наиболее розовые фантазии соотечественников совершенно гениальным образом.

Но если пытаться переписать историю серьёзно, то не обойтись без главного упражнения альтернативщиков.

Сова и глобус

Упражнение первое. Берём сову, то есть польскую армию и… отводим подальше от границ, за естественные рубежи рек Нарев, Висла и Сан. Плюс проводим мобилизацию заранее. В отечественной альтернативной истории и то и другое (с поправкой на условия СССР) тоже регулярно предлагают. Равно как и… союз с Гитлером. Однако этот вариант большинству поляков не нравится.

Упражнение второе. Франция и Англия начинают большое наступление на Германию. Реальная польская пресса сентября 1939 года и вправду писала, что на Западном фронте немецкие солдаты панически бегут, бросают оружие, а укреплённую линию Зигфрида прорвали, и Саарбрюккен уже пал. Просто французская армия, пойдя седьмого сентября в наступление, ограничилась сравнительно скромными атаками.

Однако допустим, что «чудо случилось», и 15 сентября французские танки прорывают линию Зигфрида. И тут… третья сова! Решив, что риски слишком велики, СССР не вмешивается в конфликт.

Но хватит перечислять поголовье пернатых, перейдём к итогам. Германия не успевает выстроить эффективную оборону на западе и сдержать оставшимися силами поляков на востоке.

«Нацисты ещё сражались в баварских Альпах, а французы с поляками при активной помощи англичан и американцев наступали на Берлин».

Польша-победительница помимо границы по Одеру и Нейсе получает от Британии и США ещё и … огромные кредиты, чтобы служить Европе щитом как против Германии, так и против СССР. Поляки смогут подключить многие страны Восточной Европы — от Эстонии до Югославии — к проекту Междуморья, возглавив их экономическую интеграцию. И даже купят у нищей теперь Франции… Мадагаскар. Казалось бы, сбылись мечты народные. Но…

«Ну что сынку, допомогли тебе твои ляхи?»

Вторая Польская республика (довоенная Польша) отнюдь не была раем. Населявшие её народы активно ненавидели друг друга — вплоть до угрозы гражданской войны (реальная цитата из 1938 года). А первого президента, Нарутовича, просто убили. При европеизирующейся Варшаве деревня, где сотни тысяч детей даже не ходили в школу, оставалась чуть ли не в средневековье. В 1938 году в немаленьком городе Лодзи менее семи процентов домов имели канализацию.

Внутренняя политика была не лучше экономики: пока местные пикейные жилеты мечтали о польских линкорах и колониях, неугодных отправляли «проветриться» в натуральный концлагерь «Берёза-Картузская».

После победы те же поляки, что и в нашем мире, примутся строить помпезные здания: большие и уродливые. Диспропорция между разными народами и территориями Великой Польши, по сравнению с реальностью, только возрастёт. Больше всех выиграют в новой реальности Германия и Россия. А перед Польшей, даже если «подыграть» ей по максимуму, встанет призрак Югославии — с таким же финалом…

Так что современные польские авторы (например, Земовит Щерек) нередко топчут мечты о величии Речи Посполитой с «грацией» танковой дивизии вермахта. Ведь за сладкими грёзами они видят жестокую реальность — как XX века, так и XXI.

Может быть, и нам пора перестать перепевать Высоцкого и поучать Сталина?


Автор: Евгений Белаш; дата публикации: 18 апреля 2018
Лицо

Мемуаристъ- поддержим авторский канал

Без рекламы!, о Сталине, его шутках и его решениях, мемуары. Та правда, которой нам, так не хватает....



П. С. Суворов и остальные тихонько курят, прятая бычки...).

Новая метка: Ютуб, канал(!)
Лицо

Что ждать нам, 2020 год( записки нумеролога)

Давайте отойдем от темы сравнения персонажей, что нам отлично продемонстрировал maystre в своей статье



И сравним 1948г, 1984 и 2020

Арабы.

В 1948 Египет объединил арабские страны и вошел в Палестину.
В 1984-м Ливия и Марокко объединились в федеративное государство.
2020 - нечто подобное промелькнуло летом в новостях.


Индия

Индия ругалась с Пакистаном в 48-м, а в 84-м конфликт переместился в Шри-Ланку, сама Индия имеет территориальные претензии к Непалу.
В 2020 пограничный конфликт Индии и Китая. Как видите мир крутится вокруг Индии.

С индийскими политиками прямо беда, их убивают как в 48-м( Махатма Ганди), так и в 84-м - (Индира Ганди)
Есть предположение, что осенью эта традиция продолжится, Моди - на выход!
(Только боже упаси обвинять меня в сглазе))

Сша

в 48-м и в 84-м прошли выборы в США, победили демократы(Трумэн и Рейган)
Ошибочка! Рейган республиканец.
2020 .. Если бы Трамп поссорился бы со своей партией и перешел бы в демократы... у него был бы шанс на второй срок(шутка). Победу одержит демократ.


Катастрофы

В 1948-м случилось Ашхабадское землетрясение, погибло 110тыс людей
В 1984-м случилась техногенная катастрофа в Бхопале, погибло от15 до 22тыс людей.
2020 год мощный взрыв в Бейруте...
Жизнь

Дедушка и крепостное право

Не моё(!)


Недавно у моего деда был юбилей - девяносто лет. Возраст более чем почтенный, но дед еще вполне себе "в форме". Хорошо соображает, гуляет по улице, готовит и иногда с удовольствием копается в своем стареньком гараже.


Дед мой в нашем роду первый горожанин. Родился он в 1930 году в одном из сел Ивановской области. Ребенком он видел индустриализацию, а подростком Великую Отечественную войну (он не воевал по возрасту, но был тружеником тыла). Из-за всех этих событий и необходимости много работать, образования он получил всего три класса. Смерть Сталина застала его в армии (призывали в те годы в двадцать, а служба была три года). После армии дед в свое село решил не возвращаться, а поехал в один из небольших индустриальных городков, где пошел работать на стройку. Стройка в те времена была местом хорошим, честным: восьмичасовой рабочий день, зарплата строго по графику, профсоюз, санатории и прочие блага социализма.


Стройка вывела деда в люди - там ему посчастливилось освоить престижнейшую по тем временам профессию экскаваторщика. Дальше все было как по маслу: работа на одной из "великих строек социализма" (Волжская ГЭС), хорошая зарплата, трехкомнатная квартира после семи лет ожидания в очереди (сравните с нынешними ипотеками на тридцать лет), жена и двое сыновей.


Сыновья моего деда (то есть мой отец и мой дядя) вышли в люди еще быстрее. Старший - мой отец - закончил университет и к 36 годам уже защитил докторскую диссертацию. А доктор наук в советское время - это по статусности как сейчас топ-менеджер где-нибудь в нефтянке. Младший - мой дядя - пошел в бокс и взял в 20 лет звание мастера спорта.


При этом мой дед - поздний, последний ребенок. Он родился, когда его отцу было уже крепко за пятьдесят. Детей в те годы в крестьянских семьях рождалось очень много, но высокая смертность от всевозможных причин выкашивала их как чума. В семье моего деда выжило пять детей, при этом с его самой старшей сестрой у них была разница в двадцать один год (это породило много семейных шуток, так как из-за этой разницы в возрасте мой дед оказался на два года младше собственного племянника).


В общем сидели мы на юбилее, обсуждали все это, потом на этой почве дед решил углубиться в семейную историю еще на один слой. Он рассказал мне о собственном деде, которого очень хорошо помнит и который дожил до конца сороковых. Умер он совсем уж в почтенном возрасте, в 98 лет и дед сообщил, что намерен его рекорд побить.


И тут меня осенило. Если деду моего деда в конце сороковых было под сто лет, то это значит, что он родился и первые лет тридцать прожил будучи крепостным крестьянином.


Это удивительно, в это надо вдуматься. Дед моего деда, мой прапрадед, человек, с которым мой дед виделся так же, как и я с ним, застал самый разгар крепостничества. И вот сидели мы там за столом - я, отец-ученый, дядя-тренер, дед - ветеран труда - выпивали, ели, а я все думал о том, как же коротка история на самом деле. Крепостное право - это не что-то из скучных школьных учебников, не фраза из пыли веков, это рабство, которое было буквально вчера. Между ним и мной - всего три человеческие жизни.


Ошеломляет все это. И пугает.


источник