Category: финансы

Category was added automatically. Read all entries about "финансы".

Жизнь

Английский пузырь 1720 года

«Я могу рассчитать движение небесных тел, но не безумие толпы» - или как сэр Исаак Ньютон на акциях погорел.

«Инвесторы в ужасе: лопнувший пузырь на рынке акций привёл к колоссальным убыткам! Множество людей потеряли все свои сбережения, и в стране началась волна самоубийств…» - типичный такой заголовок газетной статьи, не правда ли? Все мы пережили 2008 год, некоторые помнят крах доткомов начала двухтысячных, Энрон и многие другие замечательные истории. Мы представляем трейдеров, рвущих на себе волосы, в момент обанкротившихся биржевых магнатов, новости, обрамлённые цифрами «красной зоны». Всё это так привычно.
[Spoiler (click to open)] Вот только события, о которых пойдёт речь, случились в начале восемнадцатого (!) века. Как это было?
Начнём немного издалека. В 1710 году в Англии в очередной раз сменилась правящая партия, и на должность канцлера казначейства (фактически – экономического министра) был назначен Роберт Харли. Собственно говоря, выборы были выиграны не без помощи «предательства» Харли, переметнувшегося в стан политических противников, но об этом в другой раз.

К тому моменту в английской казне зияла огромная дыра – недавняя война с Францией дорого стоила короне, а ближайшей задачей самого Харли было нахождение нескольких сотен тысяч фунтов на содержание континентальной армии сэра Джона Черчилля при условии того, что бюджет страны и так рисковал стать дефицитным, а армия Черчилля стоила короне под пол процента бюджета страны (около сорока миллионов долларов на современные деньги). Война за Испанское наследство продолжалась, и сами британцы были не то чтобы в восторге от происходящего, впрочем, Харли решил проблему блестяще – он отправил аудиторов для расследования расходов предыдущего правительства своих политических конкурентов. В итоге, будущий премьер-министр Роберт Уолпол отправился в Тауэр на пять месяцев, а помещению туда Джона Черчилля помешал факт нахождения того на континенте в качестве командующего британскими войсками.

Судебный процесс и поиск виновных не решил проблему – стране нужны был стабильные доходы. Отношения Харли с Банком Англии были весьма натянутыми, и на классическую реструктуризацию долгов государства тогдашнему правительству рассчитывать не приходилось, так что министр финансов придумал гениальную (как ему казалось) схему: была создана государственная структура с длиннющим названием «Компания купцов Великобритании по торговле с Южными морями и другими частями Америки и для рыбной ловли». В историю она вошла под сокращенным названием – «Компания Южных морей». Практически сразу произошел выпуск ценных бумаг на сумму порядка 10 миллионов тогдашних фунтов стерлингов (при годовом бюджете Англии приблизительно в 65 миллионов (!). Считается, что на своём пике она входила в тройку компаний по капитализации за всю историю человечества. Фактически, часть государственного долга была конвертирована в акции компании, которые его держатели и получали, а казначейство Харли обязалось покрывать операционные расходы предприятия. «Компания Южных морей» стала крупнейшим кредитором Британии первой половины 18 века. Что самое смешное, упомянутый выше Роберт Уолпол ещё в 1712 году в изданной им брошюре достаточно подробно описал основные риски этого мероприятия. При безусловной политической ангажированности, он был совершенно прав, но, разумеется, его никто не послушал.

В общем, британское правительство через создание «Компании Южных морей» реструктурировало собственный госдолг через конвертацию в её акции. Для 18 века – решение весьма изящное. Более того, новое британское правительство фактически создало функционального конкурента Банку Англии, который контролировали его политические противники. Победа? Несомненно!
Оставался один вопрос – кого поставить во главе компании? Без сомнения, нужен был свой человек – им стал сын сапожника и известный авантюрист Джон Блант. В 1711 году он блестяще справился с проведением государственной лотереи, через проведение которой финансировалась континентальная армия.

Собственно говоря, а чего вообще британцы хотели добиться? Идея был красивая – создавался своего рода «клон» Ост-индской компании, которая в британском обществе пользовалась искренним и заслуженным уважением. Долг такой компании будет значительно более ликвиден, чем государственный, и будет куда более привлекателен для инвесторов. А государство рефинансируется – просто, красиво, изящно. Корона выигрывает, получая деньги. Держатели долга выигрывают, получая более ликвидный и доходный инструмент – к слову, с дивидендной доходностью там всё было очень хорошо. Все довольны и счастливы! Один вопрос – а кто за это платит? Что, вы уже чувствуете подвох?

По-хорошему, долги компании должны быть чем-то обеспечены. В идеале – стабильным денежным потоком. Для того, чтобы такой поток появился, британская корона даровала «Компании Южных морей» право торговать с Латинской Америкой, причем – исключительное. Счастье, восторг, и тотальное обогащение уже кажутся неизбежными! Правда, внимательные (или просто хорошо знающие историю) читатели могут спросить – а это ничего, что Англия в тот момент немного воевала с Испанией, которой принадлежала большая часть колоний этих самых южных морей? Но такие мелочи мало волновали простых обывателей - ведь им обещали хорошую прибыль!

1713 год. Война Англии с Испанией подошла к концу, и компания получила наконец возможность торговать с бывшими противниками – правда на крайне, чудовищно невыгодных условиях. Фактически, основная часть дохода от торговли уходила Испании в виде таможенных выплат.

1714 год. Становится понятно, что схема Бланта стала одним большим финансовым пузырём – в моменте она закрыла «дыру» в бюджете, но в дальнейшем за неё надо было как-то платить. Для того, чтобы дело выгорело, в Великобританию должен был хлынуть поток серебра, золота и сахара из испанских колоний. То есть должно было случиться чудо. Блант и Харли прекрасно осознают, что дело не выгорит.

Умершую королеву Анну Стюарт сменяет Георг I из новой Ганноверской династии. Король-немец не любил Англию, он вообще не особенно хотел становиться королём и не вникал в государственные дела – до конца жизни Германия будет ему куда ближе и роднее. Блант и Харли легко уговорили его поддержать своё детище. В обмен на списание долгов его предшественницы Анны, сын Георга I (и будущий король) вошел в правление компании, а сам Георг стал его акционером. Когда Блант попросил разрешить ему допэмиссию бумаг компании, ему просто не смогли отказать! Пузырь продолжал надуваться, а доверие к нему простых британцев только росло – теперь риск дефолта компании приравнивался в их глазах к дефолту самой британской монархии!

К 1717 году стоимость бумаг компании выросла на 30-40%. Проблема заключалась в том, что сама компания фактически генерировала отрицательный денежный поток, а дивиденды-то могли выплачиваться только из двух источников – из средств самой компании или из средств государства. В приличных местах такое принято называть пирамидой, да и надо ли говорить, что государство платить не планировало – у него своих проблем хватало? Его долг к началу 1718 года и так вырос до безумных по меркам того времени 50 миллионов фунтов – это чуть меньше годового бюджета страны. Фактически, на обслуживание собственного долга Британия тратила деньги, сопоставимые с расходами на собственную армию. Если бы авантюра Харли и Бланта взлетела, это в теории могло бы спасти положение. Но у неё изначально не было ни единого шанса на такой исход.

Корона вновь задумалась о реструктуризации долгов. Влияние Харли и Бланта было столь велико, что «Компания Южных морей» составила серьёзную конкуренцию Банку Англии в качестве оператора этой самой реструктуризации. При этом Блант придумал гениальную (и, безусловно, мошенническую) схему – обменивать государственный долг на акции компании по рыночной (!) цене. Разумеется, долги государства на грани дефолта стоили немного, а акции такой замечательной (как все думали) компании стоили гораздо дороже! Оппозицию в лице Банка Англии победили очень просто – взятками членам британского Парламента.

Ну вы понимаете, что чем выше была стоимость акций, тем больше зарабатывал Блант. Компания пустилась во все тяжкие – выдавая кредиты на покупку собственных (!) акций и даже покупая их самостоятельно через подставные компании (!!). Был вброшен слух, что Испания разрешила торговлю в своих колониях на очень выгодных условиях - и стоимость бумаг "Компании Южных морей" взлетела ещё выше.

Наконец, наступил 1720 год. Тогда случился чудовищный спекулятивный бум, на волне которого стоимость акций выросла со 125 фунтов (в начале года) до 1000 фунтов в конце лета. Британцев охватила настоящая лихорадка, акционерами компании стали 75% британцев, у которых хватало денег на инвестирование, в том числе огромное количество членов Парламента, а в какой-то момент и множество инвесторов с континента. Рыночная капитализации компании в десятки, если не сотни раз превзошла её фактическую стоимость – в 1720 году она всё ещё была на грани убыточности.

История учит нас, что цены не могу расти вечно. Но это мы сейчас знаем – а тогда каждый месяц стоимость компании пробивала новый потолок. Владельцы акций богатели, а окружающие люди им завидовали и покупали акции по совершенно сумасшедшим ценам. Появились десятки новых компаний, которые предлагали «выгодное дело», и утягивали новых акционеров к себе. Большинство из них были «мыльными пузырями» – так, одна из компаний всерьёз предлагала инвестировать в «извлечение серебра из свинца», а другая предлагала снарядить собственную ЧВК для войны с пиратами. Только четыре из них оказались успешными, две из которых по иронии судьбы были страховыми компаниями. Фактически, «Компания Южных морей» запустила в Англии 18-го века своего рода бум «стартапов» – куда раньше, чем мы привыкли думать.

Самое смешное во всей этой истории – это то, насколько вся она напоминает бум «спекулятивных» ICO конца прошлого десятилетия, прошедших под девизом «кто вовремя выйдет».

В конце концов, для борьбы с ними Блант продавил в Парламенте запрет на публичное размещение без санкции короля. Правда, и без него многие парламентарии начинали осознавать грядущую катастрофу «перегретого» рынка. Эффект оказался немного непредсказуемым – после этого запрета на торговлю, цена акций упала вместе с их ликвидностью, а значит пузырь перестал надуваться. Люди несли убытки, и для того, чтобы их компенсировать, продавали акции «Компании Южных морей». Величайший финансовый Уроборос восемнадцатого века довольно улыбнулся, и крыса радостно принялась грызть собственный хвост.

Формальной причиной смерти «Компании Южных морей» был недостаток ликвидности – они не смогли расплатиться по обязательствам и привлечь новых акционеров. Фактической причиной была низкая доходность бизнеса – компания была грандиозным финансовым предприятием, но бизнес-модель оставляла желать лучшего. Компании так и не удалось найти «свою» нишу, подобную голландской Ост-Индской компании.

«Я спросил в Лондоне, какая там религия? Компания Южных морей – ответили мне. - А чем торгуют? – Компанией Южных морей. – А в чем состоит бизнес? – В Компании Южных Морей» - писал Джонатан Свифт. И был совершенно прав.

В итоге правление Компании начало продавать свои портфели акций. Вслед за ними на волне паники это сделали и другие акционеры. Крах был неизбежен – стоимость акций компании упала с тысячи до чуть более чем сотни фунтов. Тысячи инвесторов потеряли деньги, многие из них покончили жизнь самоубийством.

25 сентября 1720 года компания объявила себя банкротом. «Подписчики толпятся там целый день, ругаться и толкаться им не лень, виной тому желание наживы, но видит Бог, им будет не до жиру» - писал всё тот же Джонатан Свифт, сам бывший акционером компании.
21 декабря Роберт Уолполл, о котором мы говорили в начале статьи, объявил о санации компании Банком Англии и Ост-Индской компанией. Топ-менеджменту компании запретили покидать Англию и продавать собственное имущество. Образование новых подобных предприятий было запрещено, а Роберт Харли усилиями Уолполла отправился в Тауэр на пять месяцев – ровно на тот же срок, который Харли обеспечил ему десятилетие назад.

А что же Исаак Ньютон? Справедливости ради надо сказать, что до истории с Компанией Южных морей Исаак Ньютон был весьма рациональным и грамотным инвестором – он диверсифицировал свой портфель, был достаточно консервативен и грамотен. Немного обидно, что финансовые дела этого великого физика ассоциируются только с его провалом, связанным с Компанией Южных морей. Он был действительно одним из первопроходцев в этой сфере в Англии, и много сделал для её финансовой системы.

Акции Компании он купил практически сразу после её основания – за 8 лет до её краха! В начале всей этой истории он купил небольшой пакет бумаг компании, и в 1720 году у него было порядка 10 000 акций, которые он продал по 350 фунтов, заработав огромные деньги. Вот только через пару месяцев их цена выросла до 800 фунтов, Бумаги продолжали расти, и сэра Исасака Ньютона обуяла жадность. Он снова зашел в компанию – только теперь практически на пике, покупая акции вдвое дороже, чем продавал буквально 2 месяца назад! Ньютон верил, что они будут стоить куда больше тысячи фунтов! Эффект был немного предсказуем – его итоговые потери составили порядка 4 миллионов долларов в современных деньгах.

Величайший физик 18 века и рациональный инвестор, он пытался заработать на бурно растущем рынке так же, как и инвестор в high-tech в начале 2000 года, или торговец биткойнами в 2017-м. Человеческая природа не меняется, и история Ньютона – ещё одно тому доказательство.

Вместо заключения. Идея, лежавшая за созданием компании, провалилась – государственный долг не только не уменьшился, но ещё и значительно вырос, подорвав доверие тысяч частных инвесторов, многие из которых обанкротились и покончили жизнь самоубийством. Несколько банков потерпели крах, в частности Sword Blade Bank, кредитовавший покупателей акций Компании. Из всего британского кабинета министров только Роберт Уолполл не пострадал материально.
В 1720 году слово «пузырь» относилось не к перегретому рынку или завышенным ценам, а к махинациям с доверием акционеров. Справедливости ради, за прошедшие 3 столетия финансовая практика не сильно улучшилась, а пузыри активно распространяются и в Кремниевой долине, и в тёмном мире криптовалют. Появляются компании - прослойки, существующие только ради проведения аналога IPO (так называемые SPAC). Управляющие используют средства компаний для повышения стоимости акций и собственного обогащения. Интеллектуальные наследники Тома Гая (книготорговца, «шортившего» компанию и хорошо на этом заработавшего) продолжат избегать пузырей – или терять деньги. Но когда рынки рухнут, крики негодования со стороны проигравших будут такими же громкими, как во времена Свифта и Ньютона.

В XXI веке государственный долг Англии всё ещё включает те деньги, которыми управляла Компания Южных морей.



Несколько замечаний. .

ICO - форма привлечения инвестиций в виде продажи клиентам собственной криптовалюты. В отличие от IPO (продажи акций) - способ более рискованный и менее контролируемый государством.

SPAC - компания-пустышка или компания-прослойка, используемая для привлечения инвестиций в интересах третьей стороны.



Сборище негодующих инвесторов, картина Эдварда Мэтью Уорда




Знаменитый "пузырь" в графической интерпретации.


promo tamiranov august 20, 2016 20:17 1
Buy for 10 tokens
В этом году я стал большим поклонником Ёлки)) , живущей у Yoll , пост о ней, я решил разместить у себя:) 3 августа 2016 года в Москве проходила встреча людей, занимающихся дрессировкой, обучением, лечением и реабилитацией птиц на волонтёрской основе. Приехали волонтёры из разных городов…
Жизнь

Банки

Тебе шесть лет и ты заболел. И только что устроил показательную истерику в ответ на заявление бабушки, что придется тебе ставить горчичники. Горчичники ты ненавидишь. Они сжигают всю спину. Сразу. Вот их еще не поставили, а ты уже чувствуешь, как жжот.

Бабушка задумывается на несколько секунд, подняв глаза к потолку, и находит компромисс.

- Хорошо! Тогда банки!

О! Банки. Это - то самое, чего ты и хотел.

Ты по-честному ложишься на живот, задираешь майку и ждешь, пока бабушка закончит свои шаманские приготовления...

В банках есть что-то волшебное. Они необычные. То есть, вот они такие, какие-то особенные, хитрой формы, сделанные специально для того, чтобы их прилепили тебе на спину. И только для этого.

И их много. Они завернуты в старую кофту и засунуты в полиэтиленовый пакетик. И бабушка сначала достает их по одной, словно елочные игрушки, и выставляет прямо на диван, и ты лежишь и не шевелишься, чтобы они не посыпались. И только скашиваешь глаза, чтобы увидеть ряд этих стеклянных солдатиков...

Потом бабушка наматывает на карандаш вату, макает его в спирт и поджигает. И ты успеваешь увидеть, как по-волшебному - синим пламенем - горит огонь. Потом приходится отвернуться, ты зажмуриваешься и ждешь.

Чпак - первая банка есть. Кожа втягивается внутрь, и это немножко больно, но весело. Чпак, чпак, чпак...

- Какой ты худой, - говорит бабушка, - на твоих костях ничего не держится...

А ты рад, что худой. Потому что толстые - противные. А худые живут дольше. Это дедушка сказал.

- Вся спина в две ладошки помещается. Тебе восьми банок хватит...

...Потом тебя накрывают сложенной вчетверо простынкой и покрывалом. Но до этого момента тебе срочно необходимо пошевелить спиной, потому что от шевеления все банки оживают и играют у тебя между лопатками и звенят друг о дружку...

И вот тебя укрывают и уходят на кухню. А ты лежишь и задремываешь под тихий гул бабушкиных разговоров с теткой. И мечтаешь, чтобы поскорее выздороветь, пока не сошли синяки на спине. Тогда ими можно будет похвастаться Пашке и Денису...



Источник, всё остальное домыслы))
Лицо

Вопросы и ответы (январский) №1

На ближайший год -два-три есть у меня вероятности напрягов по деньгам ?

Три года подряд финансовая стабильность. В последнем, третьем, даже выход на новый уровень.


Попробовал несколько вариантов по новой работе, везде облом. Как специально загнулись все три варианта.
Шанс найти работу выпадет в апреле, а пока тишина . В Рыбах у вас обиды, огорчения.так что ждем апрель
Жизнь

Самый «удивительный» город Китая, где используют российскую валюту (Sohu, Китай)

Сегодня темп жизни быстрый, на работе люди сильно устают, но и экономика на подъеме. Как следствие, на праздниках многие предпочитают отправиться в путешествие за границу, где в компании родных или друзей можно полюбоваться новыми видами и увидеть, как живут люди этих мест. Китай — многонациональное государство, и у каждой нации есть своя самобытная культура и обычаи, поэтому мы можем увидеть другую жизнь, не покидая при этом страны.

Каждый знает, что китайская провинция Хэйлунцзян граничит со многими государствами и с Россией в том числе. По этой причине в одном из городов Хэйлунцзяна, расположенном недалеко от границы, можно отыскать множество мест, где культура уже близка к российской. Хочу всем сообщить, что этот город находится в приграничной зоне. Ситуация с ним отнюдь не простая: территориально он принадлежит Китаю, но вот деньги там ходят российские. Посмотрим, что же это за город.

Город этот — Суйфэньхэ, что в провинции Хэйлунцзян. К востоку от него проходит участок границы с Россией протяженностью 27 километров. Суйфэньхэ стал одним из первых портов Северо-Востока Китая, открытых для внешней торговли. Множество граждан как Китая, так и России занимаются здесь бизнесом. Кроме того, Суйфэньхэ называют «золотым транзитным путем» Азиатско-Тихоокеанского региона, так как город является важным пунктом экономического возрождения Северо-Востока Китая и Дальнего Востока России.

Поскольку Суйфэньхэ находится на границе, он заметно отличается от многих других городов. В 2013 году здесь было одобрено использование рубля как дополнения к расчетам в юанях. Суйфэньхэ — первый и единственный китайский город, где разрешено хождение иностранной валюты. Если эксперимент будет удачным, то таких городов в будущем станет больше. По словам россиян, посещающих Суйфэньхэ, эти меры очень сильно упрощают жизнь: можно свободно пользоваться валютой своего государства, что чрезвычайно удобно для совершения покупок и туризма.

В Китае на самом деле много городов, заслуживших, как и Суйфэньхэ, любовь иностранцев, которые их посещают, и чувство это крепнет день ото дня. Всё это говорит о том, что притягательная сила Китая в мире довольно велика. По мере того как развивается нынешняя туристическая индустрия, все больше достижений Китая в науке, технике и культуре преодолевают рубежи нашей родины, получая все более широкое признание



Иносми
Лицо

Пакистан: путь к России.

"Скажите на милость, что мы получили от этой дружбы, которая длится уже более 70 лет? Зачем палить из пушки по воробьям? Вместо того, чтобы тратить силы на попытки угодить Америке, расположенной в двенадцати с половиной тысячах километров от Пакистана, не лучше ли сосредоточиться на укреплении связей с нашими ближайшими соседями?"

[Spoiler (click to open)]Я хорошо помню, каким растроганным выглядел мой друг Хаваджа Мухаммад Асиф, (министр иностранных дел Пакистана, прим. Mixednews), произнося эти слова. В тот вечер он постоянно упоминал о российском министре иностранных дел Сергее Лаврове.

Это было холодным мартовским вечером 2018 года. Солнце за окном гостиной Хаваджи Асифа выглядело болезненно желтым. Мой собеседник был тогда министром иностранных дел в уходящем правительстве правоцентристской консервативной партии "Пакистанская мусульманская лига". В те дни Пакистан торжествовал победу: совсем недавно ему удалось предотвратить тяжелейший финансовый удар со стороны США. С этой целью в феврале того же  года в Париже специально собралась межправительственная группа FATF (группа разработки финансовых мер борьбы с отмыванием денег).

"Наши так называемые друзья и давние союзники делали все возможное, чтобы объявить нас террористическим государством. Если бы FATF удалось внести нас в черный список спонсоров терроризма, Пакистану грозило бы неминуемое банкротство, поскольку наш экспорт был бы блокирован, все импортные соглашения и преференции аннулированы, а инвестиции в пакистанскую экономику резко сократились бы.

Международные доноры в этом случае не удостоили бы нас даже снисходительным взглядом. На фоне этих надвигающихся бедствий и даже, если так можно выразиться, апокалиптических ужасов, Хаваджа Асиф вместе со своим заместителем Техминой Джанджуа прилетели в  Москву. В тот день, когда в Париже проходила упомянутая судьбоносная встреча FATF, он встретился со своим российским коллегой Сергеем Лавровым и попросил об экстренной помощи.

Ирония ситуации состояла в том, что мы умоляли о поддержке русских, наших давних заклятых врагов. Результат этой встречи с Лавровым был, мягко говоря, удивительным. Как только глава внешнеполитического ведомства России понял суть обращения, он немедленно сделал звонок своим сотрудникам в Париже и сказал им: "Мы поддерживаем Пакистан". Эта мгновенная помощь в трудную минуту затронула чувствительную струну в наших сердцах.

Исламабад не мог ожидать такого великодушия от Москвы. Как лицо, обладающее преимущественным правом, министр иностранных дел России взял на себя решение этого вопроса и объявил о поддержке Пакистана. В Париже российские представители встали на сторону Пакистана на встрече FATF и удивили весь мир. В то время как Китай и Турция были и раньше  на нашей стороне, своевременная российская помощь разрушила все планы Соединенных Штатов и других недоброжелателей, и Пакистан был спасен от позора: страна не была включена в "черный список" спонсоров терроризма".

Вечер за окном становился все темнее. Некоторое время в комнате царила напряженная тишина, а затем Хаваджа-сахиб продолжил: "Я много раз бывал в России в разных качествах: как министр обороны, министр энергетики и водных ресурсов и, наконец, как министр иностранных дел. Я всегда чувствовал симпатию российского народа к нам. В глубине души я чувствовал, что это искренняя симпатия. Им вообще абсолютно не присуще лицемерие. Будь они другом или врагом, это легко увидеть по их поведению. Двойные стандарты – это сказано не о русских. Во время холодной войны они были нашими врагами и соответственно противостояли нам на всех фронтах. Сегодня, если они хотят поддерживать дружеские отношения, русские ведут себя как настоящие друзья. Если на то пошло, они готовы даже принять на себя все удары и принести жертвы во имя этой неразрывной связи".

Я тогда обратился с вопросом к Хавадже-сахибу: "Что же является причиной такого изменения политики Москвы?" Он размышлял некоторое время, а затем сказал: "Недовольство русских было вызвано поведением индийцев. Именно этим и были продиктованы их геополитические маневры. В прошлом индийцы вступили в советский блок, чтобы напугать американцев и пакистанцев. Теперь Нью-Дели заискивает перед Вашингтоном, чтобы терроризировать русских и нас. Россия хорошо знает  эту индийскую стратегию и непреклонна в своем решении более не позволять кому бы то ни было шантажировать себя".

Он умолк не несколько секунд, а затем продолжил: "Мы протянули русским руку примирения в 2013-2014 годах. Индия и Америка подняли шум на весь мир по этому поводу, но Россия не отступила. Мы проигнорировали критику в адрес России. Через короткое время состоялись первые совместные российско-пакистанские военные учения. Российские ВВС и ВМФ вместе с нашими войсками выполняли учебные задачи. В рейтинге покупателей своих вооружений Москва подняла нас с четвертой категории во вторую. Теперь мы можем импортировать любую военную технику и вооружения из России. Я встречался с российским министром обороны Сергеем Шойгу и его заместителем Александром Фоминым – оба являются действующими генералами Вооруженных сил России. Последний ранее был руководителем  Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству.

Между прочим, именно он был тем человеком, который, несмотря на сильное давление со стороны Индии, повлиял на принятие решения о присвоении Пакистану второй категории партнеров России в военно-технической сфере. Они брали меня с собой в некоторые места, куда доступ иностранным гостям категорически запрещен. Они открыли для меня двери в "Газпром" — самую известную российскую компанию с активами в 113 миллиардов долларов. Компания владеет львиной долей активов на российской бирже и в экономике. Заместитель министра обороны России сказал мне, что мы сможем покупать у них практически все при условии, что будем прилагать усилия и много инвестировать в укрепление дружеских связей".

Хаваджа Асиф также сказал: "Мы с россиянами были врагами на протяжении 65 лет. Несмотря на это, они широко распахнули свои двери для нас. Америка не удосужилась предоставить нам такой уровень доступа к своим вооружениям и военной технике даже через 70 лет союзнических отношений. По иронии судьбы, вместо этого наши давние друзья поставили нас на грань международной изоляции и едва не включили в "черный список" спонсоров терроризма. В то же время, те, кого мы считали врагами, встают на нашу сторону на каждом международном форуме. Вот почему я часто спрашиваю себя, что мы получили от Америки за все долгие годы союзничества? Думаю, вместо этого следует укреплять региональное сотрудничество с соседями, которое будет отвечать нашим национальным интересам".

Перевод Игорь АбрамовPosted on



Источник
Лицо

Российские офшоры – аналог оружия стратегического назначения.

Слово «офшор» как в СССР, так и в России во многом считалось ругательным. В офшорах жулики прятались от налоговых служб собственной страны, по сути, воруя деньги у государственного бюджета. Во всем мире к чужим офшорам относятся как к заповедникам зла, в которых злу почему-то созданы комфортные условия, вместо того, чтобы давить его всеми законными способами.

[Spoiler (click to open)]
Ни в одной стране правительства не любят офшоры и тех, кто в них прячется. Народ в этом вопросе всегда един с правительством, ненавидя офшорную аристократию всеми классовыми фибрами своей души. И даже буржуазные братья по классу офшорной буржуазии, работающие в своей стране и несущие законное налоговое бремя, солидарны в этой ненависти с правительством и народом. Одним словом, офшоры и тех, кто в них прячется, не любит в этом мире никто.

За исключением тех правительств, которые у себя эти офшоры создало. Эти правительства показывают удивительную двойственность: они ненавидят своих бизнесменов, которые сидят в чужих офшорах, и любят чужих бизнесменов, которые сидит в офшорах у них.

Это придает теме офшоров некоторую пикантность и двусмысленность. Население верит, что тут имеет место коррупция, и отчасти это верно. Только вот подкуп применяется к чужим бизнесменам – в виде всяческих льгот, недоступных в нормальной юрисдикции.  Офшоры – это всегда финансовая прачечная по отмыванию незаконных доходов.

Однако, как известно, деньги не пахнут. И если вы не контролируете чужие финансовые ресурсы, то их контролирует кто-то другой, и скорее всего, ваш враг. Поэтому офшоры необходимы, как необходимо неконвенционнное оружие. Подкуп как оружие – необходимость, а не преступление. Напротив, преступлением будет отказ от оружия, чем бы он ни мотивировался. На таком уровне это уже не коррупция, а большая политика. Разница в том, что результаты идут на пользу всему государству, а не группе лиц внутри государства.   

Офшоры – это инструмент контроля над собственным бизнесом и способ склонять на свою сторону бизнес других стран, превращая их в экономические колонии.  Это способ вербовать армию сторонников среди крупных фигур иностранного бизнеса, предоставляя им «тихую гавань», где они могут прятать от своих правительств некоторые грязные делишки. За что потом подвергаются шантажу и превращаются в агентов влияния или попросту наемников.

У каждого государства, претендующего на геополитическую значимость, есть свои офшоры. В США это Невада и Делавэр, у Англии – Карибские острова, остров Джерси
Гибралтар, у ЕС – Андорра и Люксембург, у Китая – Гонконг и Макао. И только у России до недавних пор этого оружия не было.

Точнее, оно было, но стреляло больше против своих, чем против чужих. В Калмыкии офшорное дело не пошло и заглохло по естественным причинам – нерезидентам это было неинтересно, а резидентам недоставало гарантий безопасности, ибо в любой момент все могло поменяться.

В классическом виде у России офшоров нет и сейчас, а то, что есть, это скорее свободные экономические зоны, чем офшоры. Ведь офшор – это место регистрации бизнеса, которому запрещено работать внутри страны регистрации. То есть, это место предоставления юрисдикции нерезидентам.

До настоящего времени Россия избегала создавать у себя офшоры, так как это больше вредило ее интересам, чем их защищало. Если бы Россия стала предоставлять защиту иностранным компаниям, прячущимся от своих налоговых служб, это вызвало бы колоссальные конфликты  с правительствами этих стран, которые могли инициировать даже исключение России из тех международных организаций типа ВТО, попасть в которые она так долго стремилась. Причина – нарушение требований прозрачности финансового регулирования в стране.

Однако по мере нарастания противостояния на мировой арене по всему кругу первостепенных вопросов между Западом и Россией, отношение к офшорам было пересмотрено. Офшоры в России разрешили, и, прежде всего, для резидентов, чтобы они могли, придя туда, спасти свои активы от экспроприации со стороны иностранных держав. Противостояние Запада и России достигло такой степени остроты, что все нормы буржуазных приличий переходят в разряд архаики и мешают победе над противником.

Если учесть, что отъем активов российских олигархов, по сути, означает отъем прав собственности на российские системообразующие предприятия, то создание российских офшоров выглядит в совсем ином, чем ранее свете. Офшоры на острове Русский в Приморье и полуострове Октябрьский в Калининградской области – это не место, где российский бизнес прячет российские деньги от российского государственного бюджета.

Это место, где российское государство прячет от Запада российские заводы и компании, выводя из уязвимого состояния российских собственников, попавших ранее в это состояние по неспособности предвидеть все возможные риски. По сути, это помощь в побеге из плена.

Государство соглашается не претендовать на перечисление этих денег в бюджет. Для бюджета они и так были потеряны из-за иностранной юрисдикции. Но сейчас речь шла вообще о спасении этих предприятий от конфискации. А это намного важнее, чем текущая фискальная выгода.

Попав в российские офшоры, олигархи становятся зависимыми не от чужого, а от российского правительства. Это присяга на верность. Спасение активов и льготные налоги дадут пользу государству иным способом. Полученная прибыль по предложению  правительства будет инвестирована в российские проекты. Положение для олигарха, сравнимое с альтернативой между армией и тюрьмой. В армии не забалуешь, там льготы согласно Уставу, но это не тюрьма, в которой ты и вовсе бесправная лагерная пыль.

Путин выждал, пока эта мысль дойдет до самых непонятливых, и доказал им, что битие определяет сознание. Девять крупнейших российских компаний, принадлежащие олигархам ельцинского розлива, решились на перевод активов из антироссийской юрисдикции в российскую. Это компании Дерипаски, Мордашова, Усманова. На очереди переезд крупных компаний из бывших республик СССР, Южной Америки, Азии, Африки и Восточной Европы. Надо ли говорить, что ради получения такого политического ресурса власти России обеспечат неукоснительную защиту интересов бизнеса, прописавшегося на этих территориях.

Создание офшоров – это не только перевербовка армии своих олигархов, которых Запад рассматривал как свою пятую колонну в России. Это в первую очередь создание институтов крупной финансовой инфраструктуры, без которых сегодня не может быть влиятельного глобального игрока.

Подтвердить этот довод может реакция сенаторов и конгрессменов от демократической партии США на сделку Дерипаски с американским Минфином, в обмен на которую нашего олигарха вывели из-под санкций. Эта сделка в России трактовалась как перехват власти над российским алюминиевым концерном американским и британским управлением. Но вот деловое издание  Bloomberg, американские конгрессмены и сенаторы решили, что наоборот, сделка стала отступлением от изначальных планов, потому что структуры Дерипаски попадут под плотный контроль российского государства.

Практика показала, что они-таки оказались правы. Дерипаска больше не резидент острова Джерси, а резидент полуострова Октябрьской. Со всеми вытекающими, как говорится. Это ответ на вопрос, зачем России понадобились офшоры для своих олигархов, и что означает кампания по деофшоризации нашей экономики.

По сути, на самом деле происходит не деофшоризация, а реофшоризация. Деофшоризация понимается как отказ от иностранных офшоров. А вот переход в нашу офшорную юрисдикцию напротив очень даже приветствуется.

Отношение к офшорам – как отношение к спецслужбам: когда «у них» - то шпионы, когда у нас – то разведчики. Результат оценивается лишь по тому, кто получает конечную пользу. Мир поделен на своих и чужих, и все, что приносит пользу чужим – это зло, а что приносит пользу своим – это добро.

Других критериев правильной оценки не существует, и тот, у кого нарушен рефлекс «свой-чужой», не могут допускаться к принятию управленческих решений.

Создание успешно действующих российских офшоров – это мощный инструмент глобальной политики, и пойти на его применение Россия смогла лишь тогда, когда жизнь стала выталкивать российскую элиту из иллюзий дружбы с Западом.

А так как война требует оружия, то офшоры стали таким же оружием, как ракеты «Тополь» и «Искандер». Вот почему в России офшоры появились, и почему они появились именно сейчас. И, судя по первым результатам, испытания прошли довольно успешно.


Источник

Лицо

"Возникает айнтерес.."

Вчера возник интерес с денежными переводами из России в Украину и его "старым мостом"Приватбанком.
В этом году всё пущено на самотек, Приватбанк работает как обычно, в следующем ... ну до следующего нужно дожить;))